04.09.2018      756      2
 

Мантра писателя. Что нужно помнить, чтобы тебя читали


Опыт – разве не этого мы хотим от жизни?

Как можно больше опыта, чтобы она казалась насыщенной.

Через что писатель даёт нам опыт проживания?

не рассказывай - показывай

 

Вторая встреча с моим будущим мужем проходила при совсем не романтичных обстоятельствах.

Я сидела в пальто, приспущенном с плеч, на железной кровати в общежитии.

Напротив неподвижно сидела девушка, загадочно улыбалась и ждала, когда я её увижу.  Как только поймала каплю осознанности и вопрос в моём взгляде, она тихо произнесла:

– Догадайся, кто у нас в гостях? – и снова застыла в многозначительной улыбке.

«Здесь кто-то есть?» – с недоумением я вытаращила на неё глаза.

Позади неё на сексодроме, свернувшись клубочком, похрапывала ещё одна девушка; позади меня постанывал во сне долговязый парень. Только они да недовольный холодильник нарушали тишину в комнате.

 

Было раннее утро первого января. Чернота окна сменилась синевой и стала плавно светлеть, как будто великий дизайнер в графическом редакторе сдвигает ползунок-солнце в сторону светлых оттенков. Включенная лампочка перестала отражаться в окне и перешла за него на улицу, освещая снег и деревья вокруг.

Я боялась отвести взгляд от лица соседки. Я плохо соображала после бурной новогодней ночи, но сердце смекнуло, что в этой комнате сейчас находится кто-то важный, и отбивало тревогу азбукой Морзе. Как я могла пройти и не заметить его? Их? Кого?

Я зашла в эту комнату, которая служила мне и ещё четырём студенткам домом, две минуты назад. Раз двести я пожалела, что согласилась пойти с компанией Димы, пока возвращалась от неё. Компания мне нравилась, Дима – нет. Три месяца назад я дала зарок себе и подруге, у которой завязывались отношения с парнем из этой компании, что больше не пойду с ними никуда. Я думала, что за эти три месяца смогла приучить Диму к мысли, что у него со мной ничего не выйдет. Но в Новый год часто происходят нелепые вещи.

Дима приклеился ко мне намертво – ни я, ни его друзья не смогли оставить его в квартире. Он потащился со мной, отчего дорога в 2 квартала растянулась на долгие 60 минут. Он висел на мне, останавливал, падал на колени, хрустя вымороженным снегом, умолял, обвинял. Но его слова спотыкались и заплетались так же, как его длиннющие ноги, в них не было ничего конкретного, на что я могла бы ответить: «Нет!». Я просила его пойти домой или вернуться к друзьям, но понимала, что сам он не дойдёт. До моего общежития было ближе, и я хотела лишь одного: притащить это шлангообразное тело в мою комнату и пристроить его на свободную кровать в надежде, что он тут же отрубится и перестанет меня доставать.

Наконец мы пришли. Я, не обращая внимания на мой хвост, вымотанная, протрезвевшая и злая, быстро скинула сапоги и пересекла в три шага первую половину комнаты, посередине которой стоял стол с праздничными объедками и недопитыми рюмками. Цветастая штора, протянутая от стены до стены и от пола до потолка, отделяла эту часть от спальни – второй половины комнаты, плотно уставленной пятью кроватями.

Зайдя за неё, я плюхнулась на ближайшую кровать, приспустив расстёгнутое пальто до локтей, и громко пожаловалась, ещё не видя кому:

— О, боже! Как я устала!

Хвост проследовал за мной, плюхнулся рядом и повесил шлангом свою руку на меня. Я дёрнула плечами, но рука, как прилипшая, осталась на них. Раздувая ноздри и сжав губы, я глянула в поисках сочувствия на соседку, которая сидела прямо напротив меня на краю сексодрома – так назывались три кровати, соединённые вместе в одну площадку, на которой мы проводили день и вечер, если были дома.

Поймав мой взгляд, девушка дождалась, когда в нём появится вопрос, и, загадочно улыбаясь, тихо произнесла:

– Догадайся, кто у нас в гостях? – и снова застыла с многозначительным выражением.

«Здесь кто-то есть?» – я вытаращила на неё глаза и открыла рот, пытаясь постичь, что я упустила, когда проходила через прихожую (она же кухня, столовая и гостиная). Взглянуть через шторку я боялась. Дима осел, стёк на подушку и тут же уснул. И моё освобождённое тело смогло вспомнить: пространство той половины, когда я через неё проходила, заполняли два огромных тела. Кожа точно помнила, что справа, за столом сидят два парня выше метр девяносто.

Я знала только двух парней такого роста. Хорошо, третий валялся шлангом рядом со мной.  Двух других я и та самая девушка напротив  встретили три месяца назад. Один из них проводил меня тогда до общаги. Для приличия – мне так показалось – спросил:

– Ты в какой комнате живешь?

Я была уверена, что он не будет искать встреч, поэтому не стала ломаться: назвать номер, который тут же забудут, было проще.

Но каких только чудес не происходит в Новый год.  Сейчас я сидела в жаркой, пропитанной алкоголем и лаком для волос комнате, а из-за шторы, выставив длинные ноги на весь проход, наблюдал за мной тот самый парень. Я не могла взглянуть на него, но знала, что это он: по тому объёму, что он занимал; по запаху одеколона, который не смешивался с остальными запахами и который я помню до сих пор; по тому прикосновению – через воздух и одежду моя кожа чувствовала его.

В ту секунду, когда до моего осознания дошла полная картина: утро, я, храпящий на моей кровати парень, бардак после бурного веселья – и он, – я подскочила, как ужаленная, оставив пальто на кровати, перескочила через огромные ноги в проходе и пробкой вылетела в коридор. Громко хлопнула дверь, я вздрогнула и спустилась по холодной гладкой стене на корточки, закрыв лицо руками.

Стук поглотила тишина: большинство жителей разъехались на каникулы. Казалось, ни одной живой души нет за рядом голубых деревянных дверей. Бетонный пол через капроновые колготки охлаждал горящее тело, но голова пылала от досады.

– Чёрт! – вырвалось у меня.

Дверь рядом открылась, обдав меня тёплым переброженным воздухом, и тихонько закрылась.

– Привет, – мягкий баритон разлился по пустому коридору.

Мне не нужно было поднимать глаза, чтобы знать: надо мной возвышался мой будущий муж.

————————————

 

Прежде чем написать, о чём нужно помнить писателю всегда, когда он садиться за рассказ или любую другую историю, я, заразившись идеей, захотела проиллюстрировать её. Получилось или нет – решать вам. Если мне удалось вас захватить, отлично. Если нет – используйте как пример, как не надо делать.

«Не рассказывай – показывай»

(Шериан Левитт, Чтение и написание коротких рассказов, курс лекций, 2012г.).

Когда я это прочитала, часть информации, которая скидывается в большую общую кучу в чулане подсознания, сложилась в одну ячейку, закодированная всего двумя словами.

Надо ли расшифровывать эти слова? Мне они кажутся настолько точными и ёмкими. Это моя новая мантра. Я записала её крупно и поместила перед глазами на рабочем столе.

Не достаточно просто рассказать, кто что сделал, и что потом произошло. Что отличает отчёт от рассказа? Чтобы история и её герои ожили, не рассказывайте – покажите. Нарисуйте словами живую динамичную картину, столько картин, сколько будет эпизодов в вашем рассказе. Описание вовлекает читателей в физическую реальность рассказа.

Для того, чтобы показать, писатель использует органы чувств.

не рассказывай - показывайИ первый и самый осознаваемый – это глаза. Все писатели описывают то, что окружает героя: предметы, цвета, освещение, внешний вид персонажей. Но даже этого мы часто не замечаем, живя на автопилоте. Писатель должен научиться видеть. Как лежат, стоят, висят вещи вокруг вас? Сзади вас? Помните ли вы, какие предметы были в помещении, в которое заходили вчера? Какого цвета они были?

Замечайте, как меняются цвета при разном освещении. Помните нашумевшую фотографию то ли с бело-золотым, то ли с сине-чёрным платьем? Не используйте клише – смотрите своими глазами. Вы сами откроете и подарите читателям много удивительного.

Чтобы заставить читателя поверить вам, нужны детали. Несколько деталей сделают это лучше, чем подробное описание.

Больше

Чтобы захватить читателя, нужно больше чувств.

Уши – второй используемый часто орган. И это не только голоса, выстрелы и звонок телефона.

Слышьте больше: какой ритм отбивают ваши пальцы, когда вы печатаете? Я слышу, как царапает ноготь клавишу с буквой «ч», когда безымянный палец соскальзывает с неё. Как по-разному стучит моросящий дождь, дождь с ветром, ливень? Как чмокает грязь хватаясь за ноги, как хрустят жёлтые листья под туфлями, как мурлычет довольный ноутбук? Как звучит тишина в многоквартирном доме, в частном доме, в лесу летом, на поляне зимой, под водой?

Люди с развитым слухом могут по телефону понять, лжёт собеседник или нет.

Глубже

Просто описание дает плоскую картинку. Пусть читатель перестанет наблюдать, пусть войдёт в вашу историю. Не рассказывайте, что чувствует герой, заставьте читателя это почувствовать. Для этого нужны чувства, которые многие не осознают. Звуки и визуальный ряд – это явные, крупные элементы, по которым можно сложить картину происходящего.

не рассказывай - показывайА вот запахи мало кто осознает, хоть слышат их почти все. Мы считываем сигналы через запахи подсознанием. Они создают мощные связи с отдельными событиями в памяти, а потом, попадая в нос, как спусковые крючки, мгновенно включают кнопку эмоций.

Скажем, вышли вы из дома в прекрасном настроении. Идёте, наслаждаетесь запахом клейких тополиных листьев после тёплого дождя, и внезапно вас начинает всё раздражать. И вы даже не понимаете почему, потому что не заметили, что женщина, прошедшая мимо, пахла теми же духами, что учительница по рисованию, которая вечно перерисовывала за вас картины, не считаясь с вашим видением, из-за чего вы бросили художественную школу.

Вы можете создавать такие спусковые крючки, если опишите запах в решающей сцене так, чтобы он возник в носу у читателя. Тогда при появлении этого запаха читатель будет вспоминать ваш эпизод.

Для этого учитесь осознавать запахи. Как пахнут ваши вещи? Кожаная сумка, сумка из искусственной кожи, новый деревянный шкаф, шерстяной шарф. Как пахнут на нём снежинки в снегопад? А как пахнет осевший снег в начале весны? Как пахнет ветер, который несёт весну?

Есть нюхачи, которые по запаху определяют, можно доверять человеку, или он гнилой, стоящее дело или плохо пахнет.

Вспоминайте запахи из детства, из вашей жизни. Какие связаны с особыми событиями? Я вот обнаружила, что у меня – запах лака для волос, смешанный с алкоголем. Так вот не романтично, зато жизненно. Какие запахи вызывают приятные воспоминания, а какие – не очень?

Вкус

Не будем разбивать его на элементы, среди которых запах – один из необходимых. Не только пища имеет вкус. Какого вкуса воздух в вашей комнате? На морском побережье? В грибном лесу? В детстве я лизала пластмассовые игрушки – мокрые они жутко вкусно пахли.

А ведь в раннем детстве мы все вещи познаем на вкус.

Объёмнее

Погружайте читателя в свою историю. Дайте ей объём. 3-D, 5-D. Сделайте её материальной, осязаемой. Фактуры предметов, тканей, чья-то кожа под вашими пальцами. Холодно, мягко, туго.

не рассказывай - показывайДайте читателю почувствовать ощущения в теле, нарисуйте физическую боль.

Чак Паланик в третьем эссе о литературном мастерстве:

«Если вы смогли вовлечь читателя на физическом уровне, то вы создали реальность, которая может затмить его собственную действительность. Читатель может находиться в шумном аэропорту, стоя в огромной очереди на уставших ногах, но, если вы смогли завлечь его разум, сердце и тело своей историей, вы можете заменить реальность аэропорта чем-то более увлекательным и глубоким.

…Такие слова как «Жгучая боль» или «Острая, режущая боль» или «Пульсирующая головная боль» или «Экстаз оргазма» не создадут ничего, кроме ущербной, занудной книжонки в мягком переплёте.  Маленькие абстрактные срезы, которые никак не воздействуют на нутро читателя.

Нет, вам нужна боль – или ещё какое-то физическое ощущение – возникающие внутри читающего, а не на страницах книги. Так что раскрывайте событие секунда за секундой, запах за запахом. Пусть оно случится, и пусть ощущение боли войдет в читателя».

Тоньше

Оттого, что обоняние, осязание, ощущения в теле не лежат в верхнем слое сознания, как зрение и слух, описывая через них, вы погружаете читателя сильнее, сцены становятся более реалистичными. Как следствие, читатель больше вам доверяет.

Есть ещё один огромный орган чувств, о котором даже не говорят – наша кожа. Она замечательно считывает информацию. Попробуйте представить, как кожа понимает, что в помещении прибрано. Глаза видят красиво расставленные предметы, отсутствие грязи, мусора. А если закрыть глаза? Если в доме только что помыли полы? Для меня чистота – это прежде всего ощущение кожей влажного воздуха, в котором плавают молекулы воды, испаряющиеся с мокрого пола.

Представьте, как кожа ощутит сухой горячий воздух пустыни. А как – тёплый влажный вечер в тропических джунглях. Там, где вы находитесь сейчас, какой воздух? Влажный или кожа хочет пить в пересушенной комнате? Свежий или кожа задыхается в спёртом помещении?

Кожа может передать много информации о месте, о людях, их настроении. Зайдите в помещение и, не смотря по сторонам, прислушайтесь, как кожа ощущает настроение в нём? Если там люди, вы сможете почувствовать, что делали они перед вашим появлением: смеялись, ругались, обсуждали рабочие вопросы. Напряжены они или находятся в рабочем тонусе? А может, совершенно расслаблены и отдыхают? Ещё не проснулись и медленно, через кофе, втекают в день?

Развитие всех шести органов чувств здорово поможет вам в описании историй. Обращайте на них внимание. Учитесь их описывать. Учитесь вызывать их у читателя. Тогда он не просто прочитает и забудет вашу историю – он проживёт её и запомнит, как свой собственный опыт.

Опыт – разве не этого хотим мы от жизни? Как можно больше опыта, чтобы она казалась насыщенной. Хорошая книга даёт опыт проживания дёшево и относительно быстро.  Отличная миссия для писателя, вы не находите?

 

PS: На первом фото — я на той самой кровати. 🙂


Об авторе:

Творю, ищу, наслаждаюсь, живу. Пишу. Обо мне

Обсуждение: 2 комментария
  1. Lilia:

    Спасибо за углубление цитаты.
    Думаю, что не всегда показываю текст со всех аспектов , перечисленных вами.
    Надеюсь пригодятся ваши рекомендации и применю в своих текстах разноцветные линзы чувств 😉

    Ответить
    1. Tasha Sun:

      Спасибо за комментарий. Красиво сказано. 🙂
      Не думаю, что надо увлекаться и пересаливать каждый текст всеми специями. Иногда достаточно кроме зрительного ряда и звуков добавить еще одно какое-то чувство. А когда-то — сделать акцент на одном ощущении.
      Просто нужно помнить: слух и зрение поверхностны, чем больше мы даем ощущений читателю, тем больше он погружается в историю.
      Но это все теоретические рассуждения. Я буду экспериментировать. И всем советую 🙂

      Ответить

Ваш комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Соглашаюсь на сбор и обработку моих персональных данных . Политика конфиденциальности

Blogging the Life
Наш проект объединяет начинающих авторов, блогеров. Мы фиксируем жизнь, пишем заметки о своих наблюдениях и делимся профессиональными знаниями. Начни вместе с нами с привычки писать!
ВНИМАНИЕ! Конкурс!

Идет набор
регистрация на курс-тренажер "Я пишу!"
Наши авторы
Авторы сайта
Еженедельный дайджест